Психолог СПИД-центра: ВИЧ-инфекция — это нарушение поведения

МариМедиа, 11 декабря.

Чаще всего информация о том, что у человека ВИЧ, обрушивается на него «бетонной плитой». Неожиданно, болезненно и, казалось бы, безысходно. В первые минуты, часы, иногда дни и недели инфицированный не может рассказать об этом никому. Даже самым близким. И здесь на помощь приходит медицинский психолог. О душевной, тонкой стороне сложного вопроса ИА «МариМедиа» пообщалось с Татьяной Пермяковой — медицинским психологом Республиканского центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями.

ММ: Татьяна Евгеньевна, как давно вы работаете в центре?

Т.П.: Двадцать первый год пошел. Медицинским сотрудником была почти 16 лет, теперь уже больше четырех лет — медицинский психолог.

ММ: Тяжело это — сообщать людям смертельный диагноз?

Т.П.: На самом деле диагноз всегда сообщает врач-инфекционист. А я уже тот самый человек, который оказывает первую психологическую помощь. И это действительно сложно, работать с людьми, которые, в большинстве своем, пребывают в шоке.

ММ: Какова первая реакция человека на поставленный диагноз?

Т.П.: Как и при любом другом тяжелом заболевании, реакция — стресс. Первые эмоции самые сильные — вплоть до отчаяния и нежелания жить. Чаще всего люди просто отказываются верить: этого не могло произойти с ними. Так считает почти каждый. И их можно понять. Если двадцать лет назад ВИЧ-инфекция считалась болезнью наркоманов, проституток и гомосексуалистов, то сейчас вирус получают социально активные и благополучные граждане, не относящие себя к асоциальным группам. У многих — семьи. В зоне риска сегодня — каждый, абсолютно любой человек, живущий половой жизнью, так как все-таки именно этот способ передачи вируса иммунодефицита человека является основным. Если ты уверен на сто процентов в себе, то быть уверенным в партнере, как показывает печальная статистика, — невозможно. Основная проблема, связанная с распространением ВИЧ, это отсутствие настороженности среди социально благополучного населения и информирования об опасности заражения.

ММ: Татьяна Евгеньевна, а есть какой-то случай в вашей практике, какая-то реакция, которая вам наиболее запомнилась?

Т.П.: Вы знаете, да. И это было очень необычно. Пациентка просто никак не отреагировала. Совершенное спокойствие. Хотя в группу риска она не входила, и, по сути, предпосылок к диагнозу не имела. А в итоге болезнь свою просто приняла как данность.

В действительности у каждого фаза принятия разная. Был у меня один пациент, который в первые минуты сказал, что просто пойдет и повесится. А потом принял свою болезнь. Мы вместе справились, и он научился с ней жить. Сейчас уже лет 5 прошло, и иногда мы с ним вспоминаем те его слова. Основная работа с ВИЧ-положительным — вернуть его к нормальной, полноценной жизни в обществе — начинается только с того момента, когда он пройдет эту фазу принятия.

ММ: Как вообще можно объяснить человеку, что его смертельная болезнь — это не приговор?

Т.П.: Прежде всего следует понимать, что ВИЧ-инфекция — это длительно текущее заболевание. Пока неизлечимое. Вирус можно подавить, остановить его распространение. С ним можно жить долго и даже счастливо. Полноценно. Просто иммунитет человека с таким вирусом весьма уязвим, и ему постоянно нужно держать свое здоровье под контролем. Назначаются противовирусная терапия, периодические анализы. Это не чума! Человек продолжает нормально жить, работать, растить детей. А государство оплачивает лечение.

ММ: К слову, о детях, как часто приходится работать с беременными ВИЧ-положительными?

Т.П.: До 20-25 женщин в год у нас рожают под чутким наблюдением врачей — инфекционистов, гинекологов. Многие узнают о наличии вируса в крови уже после того, как забеременели. И это дополнительный стресс. Приходится плотно работать с такими будущими мамами. От регулярного приема препаратов и правильного курса терапии в период беременности зависит будущее малыша. После рождения дети наблюдаются 18 месяцев в Центре, а затем снимаются с учета. Вообще, при правильной терапии у ВИЧ-положительной мамы шансы родить здорового ребенка — 98%.

ММ: Вы работаете с родственниками пациентов СПИД-центра?

Т.П.: Да, конечно. Но есть один важный момент. Никто не в праве сообщить родственникам больного о его диагнозе, кроме самого пациента. (Конечно, не считая несовершеннолетних в возрасте до 18 лет, когда уведомляются их родители или законные представители). И каждый решается на это в разное время. Мы всегда стараемся поддержать близких больного в эти моменты. Проводим беседы, рассказываем все подробно, чтобы не оставалось темных пятен, чтобы люди не были в неведении, чтобы отдавали себе отчет в том, что это вовсе не заразно и не опасно для всех окружающих, если соблюдать ряд простых правил.

Вообще, поддержка близких людей — это, пожалуй, один из основополагающих моментов в терапии. Нашим пациентам очень важно чувствовать, что самые главные в их жизни люди рядом и готовы поддержать.

ММ: Мы уже с вами выяснили, что под ударом вируса может оказаться каждый. Как бы вы предостерегли людей?

Т.П.: Я иногда задумываюсь над тем, что все-таки ВИЧ-инфекция — это нарушение поведения в первую очередь. Нужно быть строже к себе. К своим принципам. Помнить, что мы несем ответственность не только за себя, но и за своих родных людей, за будущих детей. Просто всем советую соблюдать золотые правила ВИЧ-безопасности:

— ответственное и безопасное сексуальное поведение;

— неупотребление наркотических и психотропных веществ;

— тестирование на ВИЧ не реже одного раза в год.

Беседовала Екатерина Филатова. 

ИА «МариМедиа». При использовании материала гиперссылка обязательна.